Автор: Испаноязычный прелат, возглавляющий обширную алжирскую епархию Лагуат-Гардая, епископ Диего Саррио Кукарелла из ордена Миссионеров Африки, с нетерпением ожидает предстоящего пастырского визита Папы Льва XIV в эту североафриканскую страну.
Ссылаясь на девиз апрельского визита Папы «Ас-саляму алейкум» («Мир вам»), епископ сказал американскому изданию National Catholic Register, что «наилучшим результатом этого визита стало бы именно открытие сердец миру, обновление преданности идеям сосуществования и живое свидетельство славы Божьей через братство и взаимопонимание».
54-летний епископ Саррио был назначен Папой Франциском в январе 2025 года главой епархии Лагуат-Гардая, огромной территории на юге Алжира, большую часть которой занимает пустыня Сахара. Здесь проживает около 2240 католиков, которым служат 14 священников (включая епископа), 19 монахинь и пять монахов. Они заботятся о небольших католических общинах, пребывая в дружеских отношениях с остальным населением.
Епископ Саррио, специалист по исламо-христианскому диалогу, получил докторскую степень по религиоведению и теологии в Джорджтаунском университете. После четырех лет работы деканом он шесть лет был президентом Папского института арабского языка и исламских исследований (PISAI) в Риме. Среди священнослужителей, благословивших епископа Саррио на его епископской хиротонии в соборе Святого Петра, был и будущий Папа, кардинал Роберт Превост. Святейший Отец совершит свою первую пастырскую поездку в Африку, которая начнется в Алжире 13-15 апреля.
Епископ Саррио ответил на вопросы National Catholic Register о реалиях его поместной Церкви и о призвании к служению в исламском мире.
— Ваш епископский девиз переводится буквально: «Я проложу дорогу в пустыне» (Ис. 43:19).
— Когда я впервые прочитал слова пророка Исаии, меня поразило, как Бог говорит в трудные моменты. Он обещает открыть путь в пустыне — подобно тому, как Он разделил Красное море — напоминая нам, что даже в самых сложных местах Бог может даровать новую жизнь и надежду.
Слово «дорога» для меня имеет множество смысловых оттенков. Оно отражает призыв Юбилейного 2025 года рассматривать нашу жизнь как паломничество надежды. Оно также напоминает о первых последователях Иисуса и указывает на Самого Христа, Который сказал: «Я есмь путь, истина и жизнь» (Ин. 14:6). Оно также пробуждает в нас призвание Церкви в Лагуате: идти рядом с народом Алжира, исполнять свою миссию как соль земли и сопровождать тысячи мигрантов, которые проходят через нашу епархию в поисках лучшей жизни.
В самой пустыне заключена глубокая красота. Это место тишины, простоты и ясности, где становятся видимыми самые важные вещи в жизни, где простирается горизонт и где можно встретить Бога — в творении и в путешествии наших собственных сердец. В пустыне мы учимся терпению, выносливости и доверию. Даже в кажущейся пустоте Бог может указать путь.
— Папа Лев XIV посетит Алжир 13-15 апреля. Каким может быть наилучший результат этого визита?
— Святейший Отец приезжает в Алжир, чтобы встретиться с народом и с его лидерами, чтобы поддержать нашу Церковь в ее миссии братского присутствия среди преимущественно мусульманского населения и напомнить нам о нашем общем наследии со святым Августином, уроженцем этих мест, чей пример может направлять наш общий путь.
Он приезжает как апостол мира. Приветствие «Ас-саляму алейкум» («Мир вам»), девиз его визита, — это одновременно и радушный прием, который ему оказывают все в Алжире, и благословение, которое он приносит нам, — подобно тому, как воскресший Иисус приветствовал своих апостолов.
Эти слова призывают нас преодолеть напряженность или беспокойство — будь то вызванные прошлыми конфликтами или нынешними недоразумениями — и открыть наши сердца для примирения, гармонии и искреннего стремления к миру, истинному пути к прославлению Бога.
Наилучшим результатом этого визита стало бы именно это: открытие сердец миру, обновление преданности идеям сосуществования и живое свидетельство славы Божьей через братство и взаимопонимание.
— Известно ли вам, посещал ли Святейший Отец Алжир до своего избрания Папой?
— По всей видимости, он приезжал дважды за 12 лет своего пребывания на посту генерального настоятеля Августинского ордена. Он посетил своих собратьев в Аннабе, а также августинских сестер-миссионерок в Алжире, две из которых входят в число 19 блаженных мучеников Алжира.
— Расскажите о вашей встрече со Святейшим Отцом.
— Так уж получилось, что он был в числе епископов, возложивших на меня руки во время моей епископской хиротонии, которая состоялась в соборе Святого Петра 19 марта 2025 года. Вскоре после этого, во время подготовки к Пасхальному бдению в соборе Святого Петра, мы обменялись несколькими словами. Я все еще находился в Риме, ожидая визу для поездки в Алжир.
У меня была еще одна возможность встретиться с ним — на этот раз уже в качестве преемника Петра — в сентябре 2025 года, во время семинара, ежегодно организуемого в Риме Дикастерией по евангелизации и Дикастерией по делам епископов для новоназначенных епископов. Я с нетерпением жду новой встречи с ним, на этот раз в Алжире.
— Папа Франциск был предан межрелигиозному диалогу, особенно между католиками и мусульманами, — области, которую вы изучали и преподавали. Как Папа Франциск способствовал сотрудничеству между этими двумя великими религиями?
— Мне посчастливилось увидеть Папу Франциска во время его последнего публичного выступления в пасхальное воскресенье, а также присутствовать на его заупокойной Мессе. Для каждого из нас, возможно, есть какой-то аспект его учения, который находит наибольший отклик. Для меня это, несомненно, тема братства. Эта идея проходит красной нитью через его труды, речи и символические жесты, и она лежит в основе его усилий по развитию исламо-христианского диалога, что, пожалуй, наиболее ясно выражено в Документе о человеческом братстве во имя мира во всем мире и сосуществования.
По своей сути документ представляет собой видение братства в многообразии. Религиозные общины призваны развивать диалог, сотрудничать конкретным образом и способствовать взаимопониманию. Папа Франциск подчеркивал, что это приглашение адресовано не только христианам и мусульманам, но и всем людям.
Он прекрасно выразил это видение в своем выступлении на эспланаде башни Хасана в Рабате 30 марта 2019 года, сказав, что подлинный диалог предполагает «встречу и принятие других людей с их уникальными религиозными убеждениями и взаимное обогащение через наше разнообразие в отношениях, отмеченных доброй волей и стремлением к сотрудничеству. В таком понимании создание мостов между людьми — с точки зрения межрелигиозного диалога — требует духа взаимного уважения, дружбы и, по сути, братства».
Таким образом, Папа Франциск способствовал сотрудничеству между католиками и мусульманами не только посредством исторических встреч и важных документов, но и предлагая духовное видение: братство как реальность, воплощенная в конкретных отношениях, поддерживаемая диалогом и ориентированная на общее благо.
— До назначения на должность главы епархии Лагуат вы служили в Омане. Можете ли вы описать некоторые сходства и различия между Церковью в Омане и в Алжире?
— О моем назначении епископом Лагуата было объявлено, когда я служил в приходе в Маскате, столице Омана. После десяти лет работы в Риме в Папском институте арабского языка и исламских исследований я попросил отпуск, чтобы лично познакомиться с жизнью Церкви в другой части исламского мира.
Оман входит в Апостольский викариат Южной Аравии, в который также входят Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) и Йемен. Католическая община там полностью состоит из трудовых мигрантов, в основном из Индии и Филиппин, а также небольших групп из других стран. С самого первого дня меня поразили их теплота и преданность — это люди, которые покинули дом и семью, но жили своей верой с удивительной радостью и самоотверженностью. Когда приходу сообщили о моем назначении епископом, меня глубоко тронули радость и поддержка, которую я встретил. Я почувствовал благодарность и обновленное чувство миссии.
Переехав из Омана в алжирскую Сахару, я был поражен контрастом. Здесь Церковь гораздо меньше, разбросана на огромных расстояниях и часто невидима для остального общества. И все же, несмотря на эти различия, обе общины объединяет одно: важность присутствия, умения слушать и идти рядом с людьми в их повседневной жизни. В Омане я видел, как вера выражается в оживленных собраниях, песнях и культурных праздниках. В Алжире же она более тихая, но столь же глубокая, выражающаяся в небольших актах служения, прочных отношениях и непоколебимой надежде.
— Чему вы научились за первый год своего пребывания на посту епископа?
— Я усвоил ценность присутствия и внимательного слушания. В такой обширной епархии, как наша, с общинами, разбросанными на больших расстояниях, сопровождение важнее программ или планов. Я глубоко благодарен священникам, монашествующим и мирянам, служащим в моей епархии, чья вера, щедрость и терпение многому меня научили.
Если говорить о достижениях этого первого года, то это, безусловно, укрепление чувства общности и общей миссии в масштабах всей епархии, а также напоминание всем о том, что небольшие проявления служения, заботы и внимания действительно могут изменить жизнь людей к лучшему.
— До того как стать епископом, вы возглавляли Папский университет PISAI. Откуда у вас возник интерес к исламскому миру?
— Моё первое настоящее знакомство с исламом произошло в годы формации, когда я два года жил в Хартуме, Судан, с 1995 по 1997 год, до разделения страны. Я работал в приходе на окраине города, помогая христианам с юга, бежавшим на север из-за войны. Этот опыт быстро научил меня тому, что мусульмане, как и христиане, способны как на лучшее, так и на худшее, что помогло мне избежать идеализации.
После принятия священнического сана я провел два года в Алжире, продолжая встречаться с мусульманами в условиях, сильно отличающихся от Хартума. Это был позитивный опыт, отмеченный дружбой и взаимным уважением, и он пробудил во мне глубокое желание понять их религиозные традиции и веру, которая их поддерживает.
Затем последовали несколько лет учебы и работы в Египте, Италии, Тунисе и Соединенных Штатах. В 2014 году, после защиты докторской диссертации, я был назначен профессором в PISAI. Принять эту должность было непросто, так как я надеялся вернуться в Магриб. В Риме меня утешало осознание того, что многие студенты PISAI готовятся жить и свидетельствовать о своей христианской вере в контакте с мусульманами в Северной Африке и за ее пределами, что давало мне ощущение, что я тоже вношу свой вклад в эту уникальную миссию Церкви.
— Если взглянуть на ваших предшественников на посту епископа Лагуата, все они были из конгрегации Миссионеров Африки. Что делает харизму вашего ордена особенно актуальной сегодня в Северной Африке, помимо того факта, что ваш основатель, кардинал Шарль Лавижери, был Архиепископом Алжира, а позже и Карфагена?
— Когда в 1955 году Апостольский викариат Гардая в Сахаре был преобразован в епархию, Жорж Мерсье стал первым, кто носил титул «епископ Лагуата». Позже он был в числе примерно 40 епископов, подписавших Пакт катакомб в 1965 году, всего за несколько дней до закрытия Второго Ватиканского собора. Этот жест евангельской простоты и солидарности с бедными остается мощным источником вдохновения.
История епархии уходит корнями ещё глубже. До того, как стать викариатом, Гардая была апостольской префектурой, основанной в 1901 году. Её первым префектом был монсеньор Шарль Герен, друг и доверенное лицо святого Шарля де Фуко. А ещё раньше эта обширная территория входила в состав апостольской префектуры Сахары и Судана, созданной в 1868 году по просьбе Шарля Лавижери, архиепископа Алжира и основателя Миссионеров Африки.
Короче говоря, епархия Лагуат с самого начала была тесно связана с Белыми Отцами. Я чувствую себя частью этой долгой миссионерской династии и осознаю ответственность за сохранение этого драгоценного наследия. В то же время многие другие религиозные конгрегации также служили и продолжают служить в этой епархии.
Что касается нашей харизмы, то её актуальность в Северной Африке сегодня выходит за рамки исторической преемственности. Миссионеры Африки были основаны не столько для служения европейским поселенцам, сколько для апостольского присутствия среди местного населения, особенно мусульман. Это первоначальное видение остаётся центральным. Наше призвание коренится во встречах, межкультурной жизни, диалоге и смиренном служении. В регионе, отличающемся религиозным и культурным многообразием, такой подход не просто значим — он необходим.
Источник (англ.): National Catholic Register
Фото: Victor Gaetan / National Catholic Register