Автор: В этом году исполняется 30 лет служению отца Хосе В. Мольа в России, 29 из которых он посвятил работе в Высшей духовной семинарии «Мария – Царица Апостолов» и 18 — служению в качестве епархиального экзорциста. Об истории своего призвания, пути в Россию и мыслях на восьмом десятке жизни он рассказал Ольге Хруль в рамках цикла «Церковь с человеческим лицом».
Семья
Я — второй ребенок в семье из шести детей, четырех мальчиков и двух девочек. Это была католическая семья — особенно благодаря глубокой и искренней вере моей матери, которая умела сочетать в своем образе жизни строгость и милосердие.
Мой отец всегда был верующим человеком, хотя и несколько более холодным, но обладающим огромной моральной целостностью. В последние годы он всё больше внимания стал уделять укреплению веры, до такой степени, что ежедневно посещал Мессу (что моя мать делала всю свою жизнь) и был волонтером в приюте сестер Матери Терезы, который находится недалеко от нашего семейного дома.
Вера в Бога и Иисуса Христа сопровождала меня с детства, для меня это было чем-то естественным. Но это не означало, что я чувствовал призвание к священству. Мой старший брат, будучи еще ребенком, выразил желание стать священником, и я помню, что он даже начал брать уроки латыни у одного знакомого священника. Однажды мои родители предложили мне тоже пойти на эти уроки, но я решительно отказался. Со временем желание моего брата стать священником исчезло (я помню, как однажды он сказал мне, что отказался от этой идеи, потому что узнал, что, будучи велосипедистом, тоже можно попасть в рай), а у меня не было ни малейшего желания или намерения выбрать этот путь.
Призвание
Естественно, переход от детства к подростковому возрасту сопровождался определенным кризисом веры, хотя и не отказом от религиозной практики. Помню, что, будучи уже подростком, я только один раз сознательно пропустил воскресную Евхаристию.
В предпоследнем году средней школы священник, работавший в моей школе капелланом, организовал духовные упражнения для молодежи, которые вел другой священник из той же конгрегации (оба были кларетинами). Эти упражнения имели большой успех – до такой степени, что мы организовали христианскую общину в школе и ежедневно собирались для празднования Евхаристии.
По окончании курса община распалась, и атмосфера, которая была создана, исчезла. В начале выпускного года средней школы я готовился поступать в Военную академию (мой отец был профессиональным военным, он дослужился до бригадного генерала). Но в первые месяцы я пережил кризис, связанный с определенным разочарованием в любви, которое переросло в небольшую депрессию.
В течение нескольких недель я чувствовал, что моя жизнь лишена смысла. Как-то механически, по инерции моей христианской веры, мне пришла в голову мысль, что Христос был смыслом жизни. И однажды ночью, когда я ложился спать в темноте (потому что мой старший брат, который поступил в университет, вставал очень рано и уже спал), эта же мысль поразила меня с необычайной силой, и я понял, что должен полностью посвятить себя Христу. Для меня это означало выбор пути священства. И я лег спать счастливый, как на облаке, с ощущением, которое длилось около двух недель, но я никому об этом не сказал.
Вскоре отец Педро, школьный капеллан, организовал новые упражнения, как и в предыдущем году, и тогда я поговорил со священником, который их проводил, и рассказал ему о своем решении. Он сразу же «зацепил» меня и сказал, что я должен разговаривать с ним каждую неделю. И так и было. Это естественным образом привело меня в конгрегацию кларетинов. В то время я не мог отличить епархиального священника от монаха, и поэтому позволил себе быть ведомым (теперь я понимаю, что это был Дух, который вел меня). Христианская община предыдущего года вновь собралась, и это, а также еженедельные встречи со священником, очень помогло мне сохранить и углубить свое решение.
К маю я понял, что должен сообщить о своем решении семье, и решил, что сначала скажу об этом отцу, что было для меня гораздо сложнее, так как я не был уверен, как он отреагирует. Я был уверен, что мама будет очень рада. Отец отреагировал скептически, но уважал мое решение, как делал он всегда.
Монашество
В 1973 году я поступил в новициат миссионеров-кларетинов вместе с одноклассником (который ушел через два года и основал глубоко христианскую семью, с которой я до сих пор поддерживаю отношения). Нас было двадцать новициев, 15 из нас приняли обеты, 9 были рукоположены, и к сегодняшнему дню нас осталось 8.
Новициат был для меня светлым годом, в течение которого я понял смысл посвященной Богу жизни и почувствовал, что конгрегация кларетинов была как будто основана для меня.
А вот в первый год семинарии, после новициата, я испытал сильное разочарование, потому что обнаружил, что не попал в идеальную общину, о которой мечтал, где все разделяют и живут по евангельским ценностям. Это был тяжелый, но необходимый период, кризис погружения в реальность, который помог мне понять, что тот евангельский идеал, о котором я мечтал, не был чем-то данным, а тем, что нужно было строить день за днем.
Годы в семинарии были очень позитивными, это был период интеллектуального, нравственного и духовного формирования, в течение которого я пережил очень интенсивный процесс взросления. Через четыре года после первых обетов я принял вечные обеты. По окончании семинарии меня отправили в Рим продолжить изучение философии, чтобы я мог вернуться в семинарию уже как преподаватель. В Риме, в декабре 1979 года, я был рукоположен в диаконы, а в конце первого года пребывания там, в 1980 году, я был рукоположен во священники в Ватикане святым папой Иоанном Павлом II.
С 1981 по 1992 год я был преподавателем философии в семинарии кларетинов, работал в христианском движении больных и инвалидов, а также в журнале по философии «Diálogo Filosófico», который я основал вместе с одним из своих собратьев (журнал существует и по сей день). Я подтвердил степень магистра (лиценциата) философии Папского Григорианского университета, получив испанскую гражданскую степень. В 1992 году меня направили в Мадрид в качестве директора университетского общежития, хотя я продолжал преподавать в семинарии и работать в журнале.
В 1994 году мой отец погиб в дорожно-транспортном происшествии. Это был очень тяжелый опыт, но я прожил его полностью с верой, которая дала мне много света посреди боли и помогла понять, что наши умершие не далеки от нас, потому что они – во Христе, который есть среди нас.
Свет с Востока
В 1995 году моя конгрегация решила открыть миссию в Восточной Европе и обратилась с просьбой о добровольцах. Я думал, что их будет много и что вряд ли я буду одним из избранных, но я хотел участвовать в этой миссии и предложил свою готовность, если это будет необходимо.
Я был особенно заинтересован в этом по нескольким причинам. В 1993 году я участвовал в европейской встрече моей Конгрегации в Вене на тему неверия в Европе, и на меня произвела большое впечатление лекция чешского теолога, и я почувствовал, что важно поехать туда, на Восток, чтобы свидетельствовать о вере. Кроме того, мой отец был большим поклонником русской культуры, русской литературы и даже немного говорил по-русски.
В общем, я подал письменное заявление, и на следующий день мой провинциал позвонил мне и сказал, чтобы я собирал чемодан, потому что он собирается меня туда отправить. Оказалось, что добровольцев было не так много.
Россия
Я начал изучать русский язык в академии Пушкина в Мадриде, хотя у меня не было на это много времени (я учился только в метро). И 15 октября 1996 года я вместе с отцом Мариано Седано отправился в Красноярск, чтобы в течение двух лет жить вместе с нашими братьями-кларетинами из Польши (там также было два немца), познакомиться с ними и выучить русский язык.
Это были два тяжелых, но насыщенных и очень позитивных года, за которые я очень благодарен. Красноярск для меня как мой родной город в России, и я всегда с радостью туда возвращаюсь.
Мы с о. Мариано уже знали, что нашим местом назначения будет семинария в Санкт-Петербурге, поскольку ее первый ректор, достопочтенный Бернардо Антонини с благословения Архиепископа Тадеуша Кондрусевича, «зачислил» нас туда.
Я продолжаю работать там уже 29 лет. Я был префектом по науке два периода (1999-2006 и 2015-2025), был ответственным за катехизацию в епархии в течение двенадцати лет (1998-2009), Я получил степень кандидата философских наук в СПбГУ и с 2012 года служу движению «Супружеские встречи». Кроме того, в 2008 году Архиепископ Павел Пецци назначил меня епархиальным экзорцистом.
Последнее служение занимает у меня довольно много времени, и это настоящее служение утешения, потому что оно предполагает общение с людьми, которые страдают тем или иным образом (не всегда в связи с дьяволом) и нуждаются в поддержке и утешении. Это служение научило меня, что Слово Божье обладает истинной исцеляющей силой и что мы, священники, можем многое сделать в этом смысле, и прежде всего не говоря много, а слушая и молясь.
В заключение я бы сказал только, что Божие Провидение действует, что мы должны доверять ему и что для этого важно слушать Слово Божье, которое продолжает говорить и звать. Не нужно бояться этого призвания, потому что оно направлено на наше благо и благо других.
Мысли на восьмом десятке
11 мая 2025 года мне исполнилось 70 лет, начался новый десятилетний период жизни.
Я не планировал особо праздновать, но епископ Николай Дубинин решил, что юбилей нужно отмечать, и организовал Мессу в соборе Успения Пресвятой Богородицы, на которую в конце концов сам не смог прийти по состоянию здоровья.
Поскольку любовь также заключается в том, чтобы позволить себя любить, я согласился на это торжество, которое, в конце концов, по вышеуказанной причине, мне пришлось возглавить, и на которое пришло много друзей и знакомых. Многие из вас присутствовали онлайн. Спасибо всем.
Правда в том, что в день рождения, который мы празднуем и получаем поздравления и подарки, мы не имеем никаких заслуг. Годы приходят сами, не спрашивая нашего разрешения, не требуя от нас никаких усилий и не давая нам возможности защититься от этого «нападения».
Некоторые из-за этого чувствуют это «течение» времени как агрессию, которая отдаляет нас от золотой молодости. Но я считаю, что это не агрессия, а своего рода благодать, если мы умеем ею воспользоваться.
Годы, которые на нас наваливаются, приносят с собой подарки: спокойствие, стабильность, мудрость, зрелость… Молодость ярка, темпераментна, увлекательна, но возраст придает глубину, пускает корни и в конце концов приносит плоды.
Наверное, из-за ребенка, который живет в каждом из нас, мы, несмотря на то, что знаем, что стареем, не можем почувствовать этого и испытываем некоторое удивление, когда обнаруживаем, что «нам уже X лет».
Помимо холодности цифр, есть и другие признаки того, что время летит: силы угасают, новости сообщают нам о смерти кого-то нашего возраста (и это считается естественной смертью, не преждевременной), или избирают Папой кого-то моложе тебя (в этом случае почти в день твоего дня рождения, что делает это еще более очевидным), пусть даже на четыре месяца (хотя в священном сане Папа на два года меньше меня). Что ж, этот выбор, пожалуй, стал для меня лучшим подарком на день рождения, потому что первые впечатления (его первые слова, первая проповедь) очень хорошие. Молимся, чтобы впечатления превратились в реальность на благо Церкви.
Этот выбор совпадает с четвертым воскресеньем Пасхи, воскресеньем Доброго Пастыря. В своих первых словах как преемник Петра он процитировал великую речь Августина о пастырях: «Я христианин вместе с вами, я пастырь для вас». Да будет так, и да ведет нас всех Добрый Пастырь.
Материал подготовила Ольга Хруль
Фото обложки: Ольга Хруль
Материалы по теме:
Священник Хосе Вегас: «Это не происходит как в фильмах». О служении экзорциста
Изгоняющий дьявола. Интервью с экзорцистом Архиепархии Божией Матери в Москве о. Хосе Вегасом
Как уберечь себя от злого духа: советы католического экзорциста
Также отец Хосе делится еженедельными духовными размышлениями на свой странице ВКонтакте
А здесь можно найти информацию о встречах Worldwide Marriage Encounter, которые ведет о. Хосе